Пока Воины Ужаса неслись вперёд подобно реке голодной стали, Эффи чувствовала, как дрожит земля. Она всё ещё стояла на коленях в грязи, опустив голову, и невыразимая горечь сжимала её сердце. Мгновение спустя чья-то рука схватила её за волосы и резко дёрнула вверх. По физической мощи Эффи была сильнее дюжины Святых... но вся её сила внезапно показалась бессмысленной под тяжестью железной руки, которая тянула её вверх.
Когда её схватил Азаракс, она могла лишь стиснуть зубы и подавить стон боли.
Внезапно он оказался очень близко.
«Ты смотришь не в ту сторону, жрица. Ну же, давай посмотрим, как падёт твой город».
Он швырнул её на землю, в то время как двое солдат хватали её за руки, заковывая в зачарованные кандалы. Сложное плетение рун вспыхнуло на их стальной поверхности, и она почувствовала, как её эссенция быстро истощается — вскоре она полностью иссякнет, оставив её слабой и уязвимой.
Слишком лёгкой для убийства.
Только...
Эффи знала, что Азаракс не собирается убивать её. По крайней мере, не сегодня.
Когда прибыли новые солдаты, несущие покрытое мехом сиденье для своего Суверена, Король Королей сел и откинулся на спинку с лёгкой улыбкой. Эффи, лежавшая в грязи у его ног, медленно поднялась. Она посмотрела в сторону побитого города.
Воины Ужаса и другие элитные легионы Стальной Орды уже были на полпути к его воротам. Обычные солдаты, впрочем, оставались позади.
«Скажи мне, жрица, раз уж ты предала своего бога, как мне тебя называть? Впрочем, возможно, я посвящу тебя... в свои жрицы. Может, мне стоит основать собственный храм?»
Азаракс ухмылялся, но его глаза оставались холодными, впиваясь в неё с тёмным, убийственным голодом.
Эффи опустила взгляд, избегая его глаз.
'Предала Бога Войны, да?'
Девы Войны давали клятву никогда не сдаваться без боя. Если бы Эффи действительно была одной из них, она нарушила бы завет с Богом Войны, склонившись перед Азараксом.
И именно поэтому Азаракс не собирался убивать её прямо сейчас. Потому что он видел в акте её сломления доказательство своего превосходства над богами.
Вдалеке Воины Ужаса приближались к распахнутым городским воротам.
Всё...
Всё шло по плану. Эффи тихо вздохнула и подняла руку, пытаясь стереть грязь с лица.
«Ломать гораздо легче, чем строить, король Азаракс. Строительство храма не будет исключением».
Эти два года Эффи не бездействовала. Она сражалась в бесчисленных битвах против Стальной Орды, безусловно, но она также терпеливо изучала своего врага. Структуру армии Азаракса, обычаи его народа, историю того, как его отец пришёл к власти, и как Азаракс убил его, чтобы занять трон.
И не только это. Она также узнала о других царствах и других Доменах этой древней эпохи.
Однако больше всего она узнала об Азараксе.
Что движет им, каковы его достоинства и каковы его пороки.
И в конце всего этого она должна была признать, что Азаракс... вовсе не был таким уж сложным.
Да, он был гениальным воином. Его Аспект был пугающе могущественным. Он также был тираном с природным талантом лидера — он не был тем просвещённым и доброжелательным правителем, которого обычно в качестве идеала представляли себе люди её времени, а скорее королём, подходящим для своей эпохи. Он был тем, кто мог подавлять людей своей властью и держать их в узде несокрушимым кулаком, пока сама мысль о неповиновении и неподчинении не искоренялась из их умов.
И к тому же он был довольно харизматичным.
Но за всем этим скрывалось собрание гнусных и банальных клише, уникальных лишь потому, что Азаракс довёл их до абсолютной, нечеловеческой крайности.
Азаракс был абсолютно гордым, эгоцентричным, тщеславным и садистским — но больше всего он был одержим ненасытной жаждой власти. Все остальные его черты проистекали из этой одной всепоглощающей одержимости, и всё, что он делал, преследовало лишь две цели. Всё это было либо ради обретения большей власти, либо ради утверждения власти, которой он уже обладал, чтобы она не ослабла и не исчезла. Его жестокость, его алчность, его безжалостный тиранизм — всё это было средством обретения власти. Такой же была и его нарциссическая самоуверенность, поскольку в мире, где жил Азаракс, никто не мог быть выше него, и никто не имел большего права на власть, чем он.
Естественно, это убеждение вступало в противоречие с существованием богов, которые были превыше всех. Как бы ловко Азаракс ни отказывался признавать, даже перед самим собой, что существуют те, кто могущественнее его, он не был оторван от реальности. Боги были для него как кость в горле.
Разумеется, его уверенность была не совсем безосновательной, даже если граничила с безумием. В конце концов, Азаракс был Трансцендентным до того, как стал Верховным, а до этого — Вознесённым, Пробуждённым... Дремлющим. Путь, который он прошёл, был усеян трупами тех, кто был могущественнее его, но всё же пал от его руки.
Те же, кто выжил, стали его рабами.
Почему же боги должны быть исключением?
Вот почему Азаракс был зациклен на Эффи. Она была проводником его ненависти к богам, его способом принизить их.
И именно поэтому она знала, что он не убьёт её сразу.
Было только два возможных исхода её капитуляции. В первом случае Азаракс будет жестоко избивать её, пока она не окажется на пороге смерти, а затем сделает её своей рабыней. В другом случае она не будет порабощена, вместо этого её подвергнут ментальным пыткам — чтобы сломить её и заставить полностью подчиниться ему по своей собственной воле.
Оба исхода устраивали Эффи, поскольку именно на это она и рассчитывала. Если только не произойдёт что-то совершенно неожиданное, она не могла проиграть... по крайней мере, на данном этапе.
Ей просто нужно было переосмыслить, что значит проигрыш. Это был первый компонент плана. Второй был получен в результате усердного изучения этой эпохи.
Он был связан с тем, что означала победа для армии-победительницы.
Comments (0)
Sign in — and you can discuss this chapter with everyone else.
Loading