Раньше одна лишь активация [Где мой глаз?] была для Санни смертельно опасна. Его смертный разум не был создан для созерцания бесконечности судьбы, так что взгляд на неё мог полностью его уничтожить. По сути, Санни был очень близок к этому, когда впервые увидел её — пожалуй, ближе, чем когда-либо до или после.
Однако постепенно ситуация изменилась. Теперь, когда Санни стал Верховным, настоящим полубогом, его сознание было достаточно обширным и сильным, чтобы пережить мимолётный взгляд на судьбу. Разумеется, он всё ещё не был достоин созерцать судьбу во всей её бесконечной славе, но он мог выдержать бремя соприкосновения с ней достаточно долго, чтобы хотя бы ограничить поле своего восприятия.
Он даже мог касаться Нитей Судьбы, впитывая бесконечные тайны, заключённые в них — становясь свидетелем событий, произошедших в древнем прошлом, познавая соблазнительные секреты настоящего... и даже улавливая проблески будущего, которому было суждено наступить, но которое так и не настало.
Когда-то Санни был в восторге от этой своей способности, надеясь, что сможет получить сокровищницу знаний, взаимодействуя с Нитями Судьбы.
Однако знание — это обоюдоострый меч.
Санни не преминул извлечь урок из примеров Кэсси и Мордрета.
Кэсси узнала то, что ей не следовало знать, и в результате была вынуждена уничтожить себя. Если бы не чудесная сила её Аспекта, она была бы уже мертва… или, что ещё хуже, поглощена Порчей.
Мордрет узрел ужасающую правду о Царстве Снов, когда взошёл на вершину Апофеоза, и мгновение спустя был низвергнут в бескрайнюю тьму Порчи. В отличие от Кэсси, он не пережил остроты знания. Санни находился в схожем с ними положении. Он был достаточно силён, чтобы коснуться запретных истин бытия, но недостаточно силён, чтобы пережить их — а поскольку невозможно было предсказать, что именно он увидит в бесконечном гобелене судьбы, использование его способности заглядывать в Нити Судьбы было сопряжено с безусловной опасностью.
И всё же... пока он был осторожен, это было менее опасно, чем слепо блуждать в Подземном Мире.
Следует признать, что использование [Где мой глаз?] таило в себе и другую опасность. Каким бы неисчерпаемым ни казался резерв эссенции Санни, поддержание активного зачарования Маски Ткача всё равно создавало нагрузку на него. Даже если он определит направление, в котором им следует двигаться, он на некоторое время ослабнет — ослабнет в глубинах самого Подземного Мира.
Но поскольку Нефис и Святая были рядом, Санни мог позволить себе этот риск.
Он медленно выдохнул.
Нефис изучала его мгновение, а затем спросила:
«Ты готов?»
Санни на мгновение замер, после чего покачал головой и активировал зачарование [Где мой глаз?].
Великий гобелен судьбы открылся ему.
Внезапно бесконечная тьма Подземного Мира больше не казалась такой уж бесконечной. На самом деле, она была совершенно ничтожна по сравнению с бескрайним пространством рваных, запутанных нитей, пронизывавших её, как паутина — словно муравей стоял перед огромной, сверкающей галактикой.
Он почувствовал, как на его разум обрушилось ужасающее давление, доводя его до грани разрушения. Ахнув, он быстро закрыл глаза перед необъятностью судьбы, сосредоточившись лишь на малой части великого гобелена — на себе.
Вокруг Санни масса Нитей Судьбы была настолько плотной, что почти напоминала сплошную стену. Бесчисленные нити пронзали его тело, туго обвивая его, словно он был марионеткой, которой управляла тысяча кукловодов. Санни не понимал, как ему удавалось двигаться под тяжестью всех этих нитей раньше... как ему удавалось вообще дышать.
Но теперь, когда Нити Судьбы были разорваны и развязаны, они немного ослабли, даровав ему некоторую свободу.
Одна из этих нитей связывала его с Плетением Тени.
Теперь ему нужно было просто найти её.
Найти одну-единственную нить среди бесчисленных Нитей Судьбы, опутывающих Санни, было трудно, но не невозможно. В конце концов, каждая из них была уникальна, а те, к которым прикоснулась божественность, были особенными. Санни не знал, как описать это чувство, но казалось, что все Нити Судьбы обладали уникальным присутствием, которое он едва мог ощутить.
И всё же, Санни чувствовал, что его тянет ко многим из них... притяжение, которое они оказывали, было его интуицией, подающей ему подсказку. Он колебался несколько мгновений, затем поднял руку и потянулся к одной из Нитей.
Его пальцы коснулись неосязаемой нити, и в следующий миг поток образов хлынул в его разум.
Поток ужасных, отвратительных образов, несущих с собой ужасающую правду.
В видениях Санни боролся и кричал, когда его хоронили заживо. Его борьба была безнадёжна, потому что крепкие верёвки связывали его тело, а крики были приглушены, потому что костяная маска закрывала его лицо.
Маска с тремя глазами, вырезанная из черепа существа, пришедшего из Пустоты.
Сначала земля была подобна одеялу, укрывшему его. Затем она скрыла небо. Затем она превратилась в сокрушительный груз, давивший на его грудь, затрудняя дыхание.
В конце концов, над Санни вырос огромный курган, достаточно тяжёлый, чтобы превратить камни в пыль.
Но Санни не был раздавлен. Он не умер... он не мог умереть.
Потому что он был...
Стиснув зубы, Санни отдёрнул руку от Нити Судьбы. Это было нелегко… на самом деле, казалось, что его пальцы срослись с эфемерной нитью, её притяжение было настолько сильным, что даже его Верховной силы было недостаточно, чтобы разжать хватку.
Теперь, когда он взглянул на неё, Нить Судьбы внезапно стала чернильно-чёрной — ужасающая тьма покрывала её, словно масло, сочась из разорванной нити.
Опустив взгляд, Санни увидел ту же ужасающую тьму, которая покрывала его пальцы и медленно впитывалась в его кожу. Кончики его пальцев уже начинали гнить. Почувствовав, как по спине пробежала холодная дрожь, он сосредоточился и сопротивлялся остаткам Порчи, пытавшейся пустить корни в его теле и душе.
«Нефис!»
Мгновение спустя очищающее пламя окутало его руку. Поскольку Санни лишь мельком увидел душу человека, которого закапывали заживо, он подвергся ничтожному количеству Порчи. Так что его врождённая устойчивость и пламя Нефис сумели искоренить её, прежде чем она отравила его душу. Дрожа, он долго рассматривал свою руку, убеждаясь, что от ужасающей гнили не осталось и следа.
Затем он глубоко вздохнул и потянулся к следующей нити.
Целую вечность спустя Санни вздохнул и отозвал Маску Ткача.
Его лицо было даже бледнее обычного, кожа вокруг глаз обуглилась и сочилась кровью.
Он посмотрел на север.
Санни оставался неподвижен какое-то время, а затем закрыл глаза.
На этот раз он сумел выбраться из [Где мой глаз?], не потеряв себя. Ему также не понадобилось Нефис, чтобы вывести его из транса. Однако нагрузка всё равно была огромной.
Но результат того стоил.
Медленно выдохнув, Санни открыл глаза и посмотрел на Нефис.
«Нам придётся добраться до самого сердца Подземного Мира».
Коментарі (0)
Увійдіть — і зможете обговорювати розділ разом з іншими.
Завантаження