Санни почувствовал лёгкую ностальгию, но когда Гейл — высокий мужчина, излучавший более сдержанную и утончённую харизму, чем тёплое очарование Кая, — начал играть на пианино, он постепенно отвлёкся от своих мыслей. Он не знал, чего ожидать от концерта, но реальное звучание удивило его. Казалось, Гейл повзрослел со времён своей карьеры поп-айдола, как исполнитель и как композитор. Его последнее выступление на Земле было способом попрощаться с миром, который воспитал его... и с тем человеком, которым он здесь был.
Поэтому оно балансировало на тонкой грани между сладкой ностальгией и меланхолией, трогая сердца слушателей. В нём также было эмоциональность и надежда.
Кай слушал музыку с пристальным вниманием. Он время от времени поглядывал и на зрителей.
Спустя некоторое время Санни спросил:
«Ты скучаешь по этому? По пению?»
Кай мягко улыбнулся.
«Я всё ещё пою. Я просто не пою перед публикой».
Он посмотрел на Санни и добавил:
«Иногда я ночью взлетаю высоко в небо и пою в своё удовольствие. Никто меня не слышит, но меня это не волнует. Более того, мне это стало очень нравиться».
Кай посмотрел вниз, на заполненный людьми зал концертной площадки.
«Когда я был айдолом, на меня постоянно обрушивалось мнение каждого обо мне и о том, что я делаю. Словно то, кем я являюсь, зависело от того, как люди меня воспринимают — поэтому я не мог не зациклиться на том, как меня воспринимают. Казалось, что в моей голове миллион человек, все переговариваются друг с другом, и для моего собственного голоса не остаётся места. Но когда я один в небе, и только луна и звёзды слышат моё пение... не существует ничего, кроме моего собственного голоса. Поэтому я пою для самого себя, и в эти мгновения никто, кроме меня, не определяет, кто я такой».
Кай усмехнулся.
«Но прошлое... боже. Мне никогда не грозила опасность, но всё казалось таким серьёзным. Каждое выступление, каждое интервью, каждая встреча с фанатами — будто моя жизнь зависела от того, насколько хорошо я выступлю. Мне очень хотелось, чтобы меня все любили... и меня любили. Но чем больше меня любили, тем более одиноким я себя чувствовал. Потому что я чувствовал, что люди любят тщательно созданный образ меня, а не настоящего. Поэтому между мной и всеми остальными всегда будто была невидимая стена. Я всегда чувствовал себя... отчуждённым».
Он посмотрел на Санни и улыбнулся.
«На самом деле, это была одна из причин, почему ты мне так понравился, когда мы встретились в Мрачном Городе! Было так освежающе встретить кого-то, кто понятия не имел, кто я такой... и кому было всё равно. Когда ты нашёл меня в том колодце, я был просто Спящим по имени Кай. Поэтому в твоей компании я чувствовал себя менее одиноким, чем когда был окружён толпами обожающих фанатов».
Санни уставился на него, затем смущённо отвернулся.
«Ну, это... был очень длинный ответ на очень простой вопрос. Достаточно было бы просто сказать 'нет', понимаешь?»
Кай засмеялся, затем прикрыл рот, бросил взгляд на сцену и ответил более тихим голосом:
«Знаю».
Санни улыбнулся.
«Но всё равно спасибо, что поделился. Я всегда думал, что я тебе нравлюсь, потому что ты немного не в себе. Приятно знать, что были и другие причины...»
После этого они оба замолчали, наслаждаясь музыкой. Гейл продолжал петь свои новые песни... но он также исполнил несколько любимых фанатами песен из репертуара Найт&Гейл. Выражение лица Санни становилось всё более сомнительным.
Среди хитов Найт&Гейл, покоривших чарты, были такие жемчужины, как...
«Моё сердце — Врата Кошмара (Из-за тебя)»
«Эта любовь — мерзость»
«Ринг-динг-гонг»
«Хэй, Спящая девчонка»
И...
«О.С.С.К.»
Пока Санни сидел в ужасающей тишине, огромная толпа людей внизу подпевала последней песне.
Они знали все слова наизусть!
...Толпа пела:
ОССК, ОССК!
Никогда не сдающийся Супер Купидон!'
Целится в твоё ледяное сердце
В твоё ледяное сердце, 000х-ох
Никогда не сдающийся Супер Купидон!
Любовный наркоман, любовный наркоман
Он насыщает твоё Любовное Ядро
Любовной эссенцией
Никогда не сдающийся Супер Купидон!
Идёт за тобой
Он идёт за тобой
О да!
ОССК, ОССК
Санни украдкой взглянул на Кая и вздрогнул.
Кай на самом деле шевелил губами с широчайшей улыбкой на лице.
'Боги...'
Это то, от чего Нефис и все остальные были без ума?
'Думаю... мне нужно переосмыслить всю свою жизнь'.
Санни тоже считал себя немного безумным.
Но теперь он начинал серьёзно подозревать, что на самом деле он полностью здравомыслящий. Безумен был мир и все остальные люди, его населяющие.
«Эй, Кай...»
Привлекая внимание друга, Санни на мгновение замялся, а затем спросил мрачным тоном:
«Твоё мастерство стрельбы из лука... ты же не развил его из-за какой-то странной концепции купидона? Скажи мне, что нет».
Кай несколько раз моргнул.
«Конечно, нет. Я был членом кружка по стрельбе из лука в школе — мне нравилось, потому что тренировки успокаивали меня».
Санни облегчённо выдохнул.
Однако Кай ещё не закончил говорить.
«О, но для релиза я действительно участвовал в фотосессии в стиле купидона. Ну, знаешь — одна набедренная повязка, много масла. Плакаты были распроданы за три минуты. И календари тоже».
Санни застонал и закрыл лицо рукой.
«Мне не нужна была эта информация, чёрт возьми. Кто спрашивал? Лично я нет. Ты сам взял и рассказал её. Какого чёрта, кто так делает...»
Кай засмеялся.
«Санни, ты просто не умеешь ценить музыку».
Санни обиженно уставился на него.
«Я сам музыкант, между прочим. Я очень искусен в игре на флейте».
Кай слегка наклонил голову.
«Разве не рой мерзостей восстал из мёртвых, чтобы остановить тебя в прошлый раз, когда ты играл на флейте?»
Санни некоторое время сверлил его взглядом, затем фыркнул.
«Не в прошлый раз. И это достижение, разве нет? Я сказал, что я искусен... я никогда не говорил, что я хорош...»
Комментарии (0)
Войдите — и сможете обсуждать главу вместе с остальными.
Загрузка