На южных окраинах древнего города битва между легионом Святой и падшими защитниками превратилась в жестокую резню. Фантомы захватили несколько воздушных мостов и продвинулись вперёд, вторгаясь на соседние сталагмиты и атакуя вражеские силы, сопротивлявшиеся другим центуриям, с тыла.
Однако в процессе этого бесчисленные фантомы были уничтожены, и, несмотря на потери среди Осквернённых Святых, чаша весов битвы склонялась в их пользу. Особенно потому, что солдаты Нефритового Титана тоже не были безмозглыми мерзостями. Те из них, кто защищал сталактиты сверху, быстро изменили тактику, маневрируя, чтобы избежать Отсутствие и его отряда, и при этом обрушивая смерть и разрушение на воинов Теневого Легиона внизу.
Прежде фантомы, которыми командовала Святая, могли поднять щиты, чтобы защититься от вражеских стрел и метательных копий. Но как только они вступали в ближний бой, они не могли сохранять свой черепаший строй — разумеется, лучники тоже не могли осыпать их снарядами, поскольку это означало бы уничтожение собственных товарищей.
Однако когда Святая выкосила вражеских чемпионов на воздушных мостах и оборонительные линии Осквернённых Святых были прорваны, обрекая их на уничтожение, силы на верхнем ярусе города натянули тетивы своих луков и обрушили безжалостный шквал, убивая как союзников, так и врагов.
Бесчисленные Осквернённые Святые были стёрты градом стрел. Бесчисленные фантомы также были уничтожены.
Однако из-за того, что защитники великолепного города Незера обладали ошеломляющим численным преимуществом, они могли позволить себе смириться с этими тяжёлыми потерями. Воинов Святой, напротив, по сравнению с врагом было мало, так что потеря каждого фантома ощущалась гораздо острее.
Даже фантомы Великих мерзостей, убитых Святой, не могли восполнить чудовищные потери, вызванные дальнобойным огнём. Несколько минут чаша весов битвы склонялась против неё и её воинов. Но затем произошёл ещё один перелом, когда Святая повела своих воинов через захваченные сталагмиты и использовала зачарованные подъёмные платформы, чтобы отправить наверх две свои центурии, в то время как оставшиеся две остались внизу защищать подъёмники.
Вскоре вражеские силы наверху оказались зажаты между разными отрядами Теневого Легиона и осаждены с двух сторон. Ситуация внизу тем временем перевернулась — Осквернённые Святые атаковали оставшиеся центурии, а Теневые Святые вели отчаянную оборонительную битву. Санни удавалось сдерживать Нефритового Титана в центре города, в то время как на его окраинах Осквернённые Святые постепенно стирались в пыль — так что он почувствовал, как в его сердце зажглась слабая надежда. Надежда на то, что они успеют убить Великого Титана...
Но, разумеется, всё редко шло в соответствии с его надеждами.
Как раз когда битва достигла переломного момента, в его сознании раздался напряжённый голос Неф:
«Санни... я не могу... сражаться с ним в одиночку...»
Его лицо помрачнело.
Именно этого он и боялся.
Нефритовый Титан и Осквернённые Святые были грозными врагами, но они были известны. Ужас бездны, с которым столкнулась Нефис, тем временем, был полной загадкой — и, более того, он был куда могущественнее даже Великого Титана, как минимум Проклятого Ранга.
Было наивно ожидать, что кто-либо — даже Нефис — сможет победить его в одиночку. На самом деле, уже было чудом, что она смогла сдерживать жуткое существо достаточно долго, чтобы Санни и Святая добились значительного прогресса.
Кто-то должен был поддержать её, и выбор был невелик — это должен был быть либо воплощение Санни, сражающееся с Нефритовым Тиганом, либо воплощение Санни, поддерживающее Святую.
Оба выбора были тупиковыми.
Если Санни сбежит из битвы против Нефритового Титана и присоединится к Нефис, чудовищный колосс либо последует за ним и подвергнет Нефис ещё большей опасности, либо устремится к окраинам города, чтобы уничтожить Святую и её воинов.
Если Санни бросит Святую, ситуация станет ещё хуже. Она лишится его усиления, что уменьшит её способность убивать Великих мерзостей среди защитников города — чаша весов битвы качнётся в пользу Осквернённых Святых, и вскоре легион фантомов будет уничтожен.
Это позволит тысячам Кошмарных Существ устремиться в центр города, где они помогут главному сосуду Нефритового Титана в битве против Санни, что в свою очередь приведёт к его поражению.
Чем-то придётся пожертвовать, независимо от того, что он выберет — и, более того, велика вероятность, что падение одной опоры их сил вызовет падение остальных одна за другой, что приведёт к полному разгрому.
'Проклятье...'
Едва сумев отразить очередной сокрушительный удар Нефритового Титана и чувствуя, как камни под его ногами смещаются, а колоссальный сталагмит опасно раскачивается, Санни бросил мрачный взгляд на своего врага.
Мерзостный колосс был таким же грозным и властным, как и раньше, хотя и гораздо более потрёпанным. Его доспехи были покрыты сетью трещин, а поверхность была испещрена рубиновой пылью. Даже на его нагруднике была глубокая трещина, и между её рваными краями таилась леденящая тьма.
Однако, несмотря на его разбитое состояние, Нефритовый Титан был далёк от поражения — он даже не содрогнулся. Его сила уменьшилась из-за всех Осквернённых Святых, убитых Теневым Легионом, но она всё ещё была ужасающей, затопляя древний город, словно бездонное море.
Даже используя Пламя Души, Санни был ослаблен и подавлен этой тьмой. Это была ещё одна причина, по которой ему не удалось уничтожить колосса, вместо этого получив бесчисленные раны.
Боль захлестнула его разум, очищая его от всех лишних мыслей. Это было ужасное, чистое состояние бытия... восприятия мира. Всё было чётким и ясным, лишённым двусмысленности и нюансов. Всё было таким, какое оно есть, а не таким, каким он хотел бы его видеть. Жёсткие грани реальности резали его, но они также раскрывались перед ним в абсолютной чистоте.
Возможно, именно так Нефис видела мир, и в этот момент Санни видел его так же.
И вот, он принял решение.
Когда Нефритовый Титан выставил свой меч вперёд, высокая фигура его сияющего врага... растворилась в тенях и исчезла из виду.
Однако в следующее мгновение в воздухе сверкнула тёмная молния и врезалась в его грудь, заставив повреждённый нагрудник треснуть, а колосса — отшатнуться назад.
Этой тёмной молнией был круглый щит, выкованный из камнеподобного металла — щит Святой. Он пробил внешние слои доспехов Нефритового Титана, застряв в эпицентре огромной паутины трещин.
И прежде чем Нефритовый Титан успел восстановить равновесие, сама Святая рухнула из тьмы сверху, приземлившись на щит с оглушительным грохотом.
В окружающей их кромешной тьме её чёрный меч сверкнул, словно лезвие гильотины.
Комментарии (0)
Войдите — и сможете обсуждать главу вместе с остальными.
Загрузка