Битва в русле реки была столь же жестокой и ужасной, как и ожидала Эффи, — бесчисленные тела падали в кроваво-красную грязь... даже ужаснее, чем могло представить её искушённое сознание.
Эффи не ожидала, что Азаракс пошлёт вперёд своих семерых Генералов Ужаса — сражавшись с этими безжалостными рабами лично, она знала, насколько они жуткие и угрожающие. За каждым из них стояла трагическая легенда о славе, непокорстве и конечном падении. Все они когда-то проиграли Королю Королей, и теперь их королевства были давно забыты.
Их слава стала покорностью, а их непокорство обратилось в неотвратимую преданность.
Впрочем, Морган, казалось, неплохо держалась против падших легенд древности, двигаясь среди них подобно неумолимому урагану из стали. Её изящное смертоносное тело выглядело невредимым... но, с другой стороны, раны не видны на жидком металле.
По правде говоря, она должно быть жестоко страдала под шквалом сокрушительных Трансцендентных сил. Однако Морган не из тех, кто показывает слабость перед врагом, поэтому она молча выдерживала натиск коварных атак, превращая боль и страх ранения в холодное, сосредоточенное убийственное намерение.
Ночной Странник тоже неплохо справлялся...
И Эффи не могла позволить себе обращать внимание на их бедственное положение.
Битва в русле реки была чудовищно кровавой, но битва за городскую стену была не менее отчаянной. Азаракс послал свои элитные силы захватить стены, и хотя Эффи и Каю удалось помешать Воинам Ужаса одержать быструю победу, это отвлекло их внимание от колоссальных, неповоротливых осадных башен.
Несколько из них были уничтожены Эффи, и ещё несколько были сокрушены зачарованными осадными машинами, которыми она командовала. Однако несколько башен уже приближались к стене.
Если и был в этой отчаянной ситуации луч надежды, так это то, что никто не атаковал город с неба. Природа войны в древние времена отличалась от современной — потому что здесь никто не был носителем Заклятия Кошмара. Поэтому Пробуждённые той эпохи не могли использовать целые арсеналы Воспоминаний, каждое из которых давало непредсказуемые силы. Большинство сражались обычной или мистической сталью, и хотя некоторые владели зачарованным оружием и доспехами, зачарования были относительно примитивны, большая часть из них была направлена на улучшение врождённых качеств материалов. Так что только те, чьи Аспекты давали им способность летать, могли атаковать врага не с земли — а такие Аспекты были редкостью.
В первые дни осады Кай приоритетно убивал тех Пробуждённых Стальной Орды, кто мог угрожать городу с воздуха, выкашивая их словно жнец. Большинство из них были мертвы, а те, кто остался, не смели подниматься в небо. В конце концов, в его лазурных просторах не за чем было укрыться...
Кай был ограничен в возможности принимать Трансцендентную форму по той же причине, поскольку Азаракс не упустил бы шанс уничтожить его. Так что осадные башни представляли величайшую угрозу для города.
В прошлом Эффи и её спутникам почти всегда удавалось не допустить их к стене... но сегодня они потерпели неудачу.
С громким грохотом подъёмные мосты осадных башен опустились, врезавшись в парапет стен и зафиксировавшись на месте. Затем, подобно потоку, бесчисленные воины Стальной Орды хлынули на стену, их боевые кличи заглушали шум битвы.
Посмотрев вниз, Эффи свирепо оскалилась и уже собиралась броситься к ближайшей из них...
Но в этот момент по её спине пробежал холодок.
Повернув голову, она увидела странную рябь, распространяющуюся по стальному океану вдали.
Это был Азаракс, Чума Стали, спокойно шагающий через поле боя к городским воротам.
Сердце Эффи упало, и рука, держащая щит, вспыхнула фантомной болью.
'И вот... опять...'
Её присутствие и приказы Кая могли защитить защитников города от ауры ужаса, исходящей от Азаракса и его элитных воинов.
Но кто защитит Эффи и Кая? Было бы хорошо, если бы Каменщик смог, но его силы не предлагали никакой поддержки в этом отношении. Было бы ещё лучше, если бы старик мог спуститься на поле боя и лично встретиться с Чумой Стали — он ведь был Верховным. Даже если его Аспект не имел ничего общего с боем, он всё равно был гораздо сильнее любого Святого.
И всё же Каменщик оставался в глубинах своей неприступной крепости... по правде говоря, сама Эффи настояла на том, чтобы он оставался там и никогда не показывался на городской стене.
Потому что без Каменщика город пал бы в одно мгновение. И если бы представился шанс, Азаракс не остановился бы ни перед чем, чтобы устранить вражеского Верховного — он пошёл бы ва-банк, и никто из членов когорты не смог бы помешать ему убить старого короля.
Вывести Каменщика на поле боя было все равно что предложить врагу свою смертельную слабость, и по этой причине он должен был оставаться в безопасности, скрытым во дворце.
Эффи глубоко вздохнула.
Каю придётся удерживать стену в одиночку. Он уже отозвал свой лук, бросившись к ближайшей осадной башне с мечом в руке — и местные Святые, присоединившиеся к защитникам города, двинулись к остальным.
Ситуация... выглядела неважно. Даже если им удастся отбросить Стальную Орду и уничтожить башни, потери среди защитников города обещали быть ошеломляющими.
Но Эффи сейчас не могла беспокоиться об этом.
Выдохнув сквозь стиснутые зубы, она опустила одну руку на парапет... а затем перепрыгнула через него, приземлившись по ту сторону огромной стены с громоподобным грохотом.
Земля содрогнулась, и бесчисленные воины Стальной Орды погибли под её ногами, превратившись в лужицы крови.
Эффи выпрямилась, глядя на океан стали в мрачном молчании.
А вдали Азаракс поднял взгляд, и весёлая усмешка исказила его губы.
Его голос разнёсся над полем битвы:
«Неужто сама бесстрашная Дева Войны... ты наконец решила преклонить предо мной колени, жрица? Ах, какое прекрасное зрелище для уставших глаз!»
Коментарі (0)
Увійдіть — і зможете обговорювати розділ разом з іншими.
Завантаження