Теневой рабChapter 3056. Ужасные приключения

Санни решительно провёл Нефис и Святую к входу в туннель. Однако, прежде чем они вошли внутрь, он остановился и неловко оглянулся.

«Это, эмм...»

Стена непроницаемой тьмы была прямо перед ним, пробуждая неприятные воспоминания. Хотя он и находился впереди своих спутниц, технически он был наименее подходящим лидером из всех троих. Нефис могла зажечь свет, чтобы рассеять тьму, а Святая могла повелевать ею... так что, если уж на то пошло, Санни должен был держаться позади и следовать за ними.

Он посмотрел на свою тень, которая опустила голову и закрыла лицо ладонью, смущённо качая ею.

'Что? Я просто немного увлёкся!'

Санни взял в экспедицию в Подземный Мир два воплощения. Он бы с радостью выделил на это опасное путешествие и больше своих частей, но с исчезновением Нефис и тем, что мир буквально разваливался на части, давление на его оставшиеся аватары должно было возрасти в разы. К тому же, его силы подавлялись в тёмных глубинах под Полыми Горами, что сильно ограничивало его полезность — неважно, сколько теней он бы привёл.

Поэтому он мог выделить только двух.

Теперь, вздохнув, Санни позволил своему телу вернуться в естественную форму. Мгновение спустя его не стало, и на его месте остались только две тени — взяв под контроль и вторую, он отправил по одной к Нефис и Святой.

Обернувшись вокруг них и наделив их силой теней, он увидел мир с двух совершенно разных точек зрения.

Мир, который видела Нефис, был суровым и жёстким. Он был и её противником, и тем, что она должна была защищать, полным опасностей и надежд в равной мере, готовым быть спасённым или уничтоженным в испепеляющем пожаре её очищающего пламени. Она была подобна безбрежному, бурлящему океану уничтожающего сияния, образующему сверхгигантскую звезду, скрытую от глаз тонкой и обманчивой маской спокойствия и сдержанности.

Её страсть была обжигающей, а воля — острой и неумолимой, абсолютной в своём решительном движении.

Святая, напротив, видела мир в миллионе более тёмных оттенков. Её восприятие было бесцветным, но пронизанным тонкой глубиной, к которой Нефис была не так восприимчива — глубиной, рождённой выветренным, непостижимым грузом времени. Мир Святой был более плотным и неизменным, укоренённым в скрытых просторах далёкого прошлого.

То, что она видела, было лишь поверхностью тёмного океана истории, и так как она не делала различий между ними, её мир казался гораздо более стабильным.

Две точки зрения столкнулись в сознании Санни, тонко смешиваясь с его собственной. На мгновение он задумался, не является ли это истинным даром быть тенью — способность воспринимать мир с совершенно разных точек зрения, не обременённая рамками одного-единственного мировоззрения, и, следовательно, познавать его на гораздо более глубоком уровне.

Но затем они вошли во тьму, и его собственное восприятие внезапно оказалось парализовано. Санни давно привык воспринимать мир через тени. Обычно его чувства простирались на бесчисленные километры, следуя за движениями каждого человека, каждой ветки, каждой травинки на огромной территории вокруг него. Даже если он не сосредоточивался сознательно на каждой отдельной тени, их обширный мир всегда находился на заднем плане его сознания, в одной мысли от того, чтобы оказаться в фокусе.

Тени были куда выразительнее, чем люди им приписывали. Он мог чувствовать через тени многое, что ускользнуло бы от его глаз... их глубину, их текстуру, их природу — всё это в мельчайших подробностях описывало окружающий его мир.

Поэтому, когда его ощущение теней внезапно отключилось, Санни почувствовал себя ослепшим. Хуже, чем ослепшим, — он был искалечен и изувечен, мир вокруг него становился всё меньше и поверхностнее.

Это было, мягко говоря, неприятное чувство. Если бы не Нефис и Святая, которые делились с ним своим восприятием, он был бы сражён одним лишь шоком от столь внезапной перемены. Он, разумеется, и раньше погружался в стихийную тьму, но тогда он ещё не был Верховным. Масштабы его чувств были куда скромнее, и потеря их была не столь сокрушительным ударом. Санни испытывал глубокий дискомфорт, но не мог никак его выразить. Он замолчал, довольный тем, что находится в обществе Нефис и своей самой преданной Тени.

Отправиться в Подземный Мир в одиночку было бы ужасающе... возможно, Мордрет был умнее из них двоих.

Но, с другой стороны, Мордрет унаследовал полную Божественную Родословную. Ему не нужно было отправляться в череду всё более ужасных приключений, чтобы завершить её.

Санни мысленно вздохнул.

'Проклятый Ткач... неужели ему было трудно оставить свою Родословную в безопасном, легкодоступном месте?'

Ветви Пожирающего Души Древа, огненная бездна Неба Внизу, пугающее сердце Гробницы Ариэля, смертоносные глубины Штормового Моря, причудливый мир, скрытый внутри Великого Зеркала, опасные поля сражений игры Ариэля...

'Мне действительно было нелегко, да?'

Санни понятия не имел, где Сломанный Меч нашёл Плетение Тени, но теперь оно находилось в Подземном Мире — в самом худшем месте для тени.

'Это почти... будто мне суждено влипать в неприятности. Ха'.

Санни горько вздохнул.

Тем временем Святая уверенным шагом вошла во тьму. Нефис немного подождала, затем призвала Благословение и наполнила лезвие ярким сиянием.

Её чистый свет разогнал тьму, осветив небольшой участок туннеля — примерно по сто метров в каждую сторону. Санни наконец смог вздохнуть свободно. В этом маленьком круге света мир снова наполнился тенями, отчего он казался менее мёртвым и угрожающим.

Он всё ещё чувствовал, как на краях света пульсирует давящая, бесконечная тьма, встревоженная и жаждущая вернуть свою безраздельную власть над выветренными камнями вокруг них.

Её давление было холодным и жутким.

Санни вздохнул.

«Мне действительно не нравится это место, Нефис».

Она помедлила мгновение, а затем шагнула вперёд.

«Мне оно тоже не особенно нравится...»