Теневой рабРозділ 3109. Магическое Плетение

Санни вздохнул и посмотрел в темноту, где несколько секунд назад мерцали руны.

Было бы неплохо, если бы Заклятие чётко объяснило, какова на самом деле функция [Плетения]. Однако, в своей обычной манере, оно преподнесло ему загадку в виде диалога между двумя даймонами.

Разумеется, он многое узнал из описания Плетения… но ничего о самом Плетении.

Это Санни предстояло выяснить самому. Он глубоко вдохнул.

Перед ним Нефис заметила, что тень, отбрасываемая останками её отца, исчезла. Она также должна была почувствовать перемену, произошедшую с Санни, — более того, возможно, уже прочитала его руны. Однако в данный момент она была не в том состоянии, чтобы обращать внимание на эзотерические тайны космического порядка.

Вместо этого она была полностью сосредоточена на Сломанном Мече.

Протянув руку, она мягко коснулась истлевших костей, а затем забрала их в своё Море Души. Когда останки отца исчезли, надёжно укрытые в глубинах её души, Нефис тяжело вздохнула и подняла взгляд на треснувший меч, возвышающийся из камня, и на зачарованный фонарь, свисавший с его гарды.

Где-то далеко, на другой стороне древнего города, Святая и фантомы её падших сородичей всё ещё истребляли последних защитников города, — мерзостей оставалось не так много, в то время как ряды её молчаливого войска росли. Эта битва тоже скоро закончится.

Однако теперь, когда первоначальное оцепенение от завершения Плетения прошло, Санни почувствовал, как в груди поселилось жуткое, ледяное чувство.

Его всё ещё переполнял ужас.

На самом деле, его страх стал гораздо более подавляющим — почти осязаемым.

Санни нахмурился и сосредоточился на себе.

'Плетение... зачем этот зловещий даймон создал тебя? Что именно Ткач хотел завещать своему преемнику?'

Плетение даровало Санни множество благ, большинство из которых просто делали его сильнее и выносливее — особенно последнее. Но то же самое можно было сказать о всех Божественных Родословных. Каждая из них всесторонне усиливала потомков богов, делая акцент на одном из аспектов их существа.

Так что же оставалось, если не принимать во внимание общее укрепление, которое Санни приобрёл благодаря сбору Плетения?

Ответ был довольно прост. Более того, он был до смешного очевиден.

Оставалась его способность ткать.

Так или иначе, каждый фрагмент родословной Ткача улучшал его способность практиковать колдовство Ткача. Плетение Крови даровало ему способность воспринимать магические плетения, Плетение Костей позволяло взаимодействовать с ними, Плетение Плоти увеличивало его ловкость при работе с нитями эссенции... и так далее.

Было и Заклятие Кошмара, которое предоставляло ему бесконечный запас Воспоминаний и Эхо для изучения и обучения.

Так что не будет преувеличением сказать, что Ткач хотел, чтобы его преемник овладел искусством ткачества.

Но зачем?

Санни был могущественным колдуном, но в грандиозной схеме вещей его уникальный способ создания зачарований не был принципиально лучше других школ колдовства. Он опережал большинство людей-колдунов, но во многом это было обусловлено его личным талантом и силой, а не уникальностью его методов. Он также больше не был единственным ткачом, — Ананке уже осваивала это искусство, а остальные последуют за ней.

Так что же было такого важного в ткачестве, что родословная Демона Судьбы строилась вокруг него?

Санни на мгновение замер, ища что-то внутри себя, а затем затаил дыхание.

'Неужели?'

Ответ, который он нашёл, был пугающим по своим последствиям. Заключался он в том, что в самом ткачестве не было ничего важного. Обучение его плетению зачарований не имело значения, — важнее было то, к чему это обучение его готовило. Санни научился ткать благодаря Заклятию Кошмара. Он освоил основы колдовства, наблюдая за тем, как оно плетёт Воспоминания и Эхо... так каков же следующий шаг?

Следующим шагом было учиться у существа, создавшего Заклятие Кошмара. У Ткача. И для этого Санни должен был наблюдать за тем, что соткал Ткач.

У Санни действительно было нечто, созданное лично Демоном Судьбы. Это была Маска Ткача, — одно из двух Божественных Воспоминаний, которые Ткач соткал и подарил Верховному Жрецу и Верховной Жрице Заклятия Кошмара.

Однако это было не то, за чем Санни должен был наблюдать...

Было ещё одно творение Ткача, к которому у него был доступ.

Это было Заклятие Кошмара.

Заклятие Кошмара, внутреннее устройство которого все Пробуждённые видели в краткие мгновения между покорением Кошмара и возвращением в суровые объятия реальности, — бесконечную чёрную пустоту, озарённую бесчисленными звёздами, которые были соединены лучами серебряного света в обширный и непостижимый узор.

Эта звёздная пустота тоже была магическим плетением... это было Магическое Плетение.

И, наблюдая за ним, Санни мог узнать то, чему Ткач хотел научить его.

'П-проклятье...'

Оно было прямо перед ним, — перед всеми, — всё это время.

На лице Санни застыло отвратительное выражение, когда он почувствовал, как холодные когти страха сильнее сжали его сердце. У него возникло ощущение, что ему нужно проследить эту мысль до её логического конца, и побыстрее... иначе случится что-то ужасное.

Казалось, с того момента, как он поглотил Плетение Тени, прошли часы, но на самом деле это были всего лишь мгновения. И когда прошла ещё одна секунда, Санни почувствовал, как по спине пробежал холодок.

'Магическое Плетение?'

Существовало одно очевидное, фундаментальное различие между плетением Заклятия Кошмара и плетениями Воспоминаний и Эхо, которые оно и Санни создавали. Оно заключалось в том, что Воспоминания были сотканы из нитей эссенции, в то время как Заклятие Кошмара... Заклятие Кошмара было соткано из Нитей Судьбы.

Санни уже обрёл способность касаться Нитей Судьбы и даже мог улавливать из них знания, — однако эта его способность была рудиментарной и опасной.

Таким образом, логично предположить, что именно это [Плетение] должно было ему даровать...

Более обширные возможности манипулировать Нитями Судьбы.